Марина Улыбышева

Марина Улыбышева

Улыбышева Марина Алексевна. Родилась в Павлодаре. 28 мая 1958 года. Закончила Литературный институт имени Горького. Поэт, прозаик, журналист и тележурналист.

 

Моё счастье

Аппетит приходит во время еды.
Лишний вес уходит во время ходьбы.
Жнец с серпИльнем приходит во время страды.

А оно не приходит вовсе.
Моё синее счастье с жар-птичьим крылом.
Оно где-то пирует за белым столом,
На чужом на пиру, на пиру веселОм,
Да ночует в лугах сенокосных.

И подносят ему на подносе вино,
Молодое вино, зеленОе вино.
И пьяным сидят трезвые гости.

Не имеет здоровый нужды во враче.
Мои мысли бурлят, как вода в ключе.
Как приходит не вовремя время Че.
А ему заколОдило что ли?

Моё счастье... Оно только мне и дано.
Никому в целом мире не нужно оно.
Без меня - несуразность, несчастье одно!
Сор-трава, перекати-поле!

За циклоном приходит антициклон.
Я хожу и слушаю гул времён.
Царь, царевич, сапожник... Кто б ни был он,
Мне не писан его закон.

Взбиты облака, как сметанный крем.
А земля летит, набирает крен.
И туман, как шлейф, волочИтся...

Так в эпоху лучников и трирем
Вдруг родятся не вовремя Ромул и Рем.
Но младенцев не бросит волчица.

Мчится время, стучится... И мне ль не знать,
Как волчицей бывает нежная мать,
И как матерью нежной - волчица.

Как на братской кровИ всё тучнеет Рим.
Не треух на воре, это мы - горим!
МММ приходит, Гольфстрим, экстрим...

А оно не приходит вовсе.
Моё счастье хмелеет в чужом пиру.
Иль осинкой дрожит во сыром бору.
Машет синим платочком на стылом ветру.

Или просто лежит на погосте.

На погосте, на круче, где воздух колюч...
И лежит над ним камень бел-горюч,
Бел-горюч, как слеза горюча.

 

Мальчик с княжеским именем умер седым стариком
где-то в южном селенье, где жил он, конечно, у моря,
и в тельняшке ходил, и по гальке ходил босиком.
И, наверно, хлебнул полной чашей и счастья, и горя.

Ах, как эта тельняшка сидела на теле литом!
Ах, как в этом селенье глициньи цвели и левкои!
Вот и всё, что могу я сказать вам о мальчике том…
А, быть может, придумать… Ведь можно придумать такое.

Как он прыгал с причала и плыл в золотистую даль,
как жемчужное море за плечи его обнимало...
Старика я не знала. И мальчика помню едва ль.
Его не было в жизни моей. А теперь вот не стало.

Как пили вино, под вино пели песни свои,
бокалы звенели, стаканчики дробно стучали…
Она на него посмотрела глазами любви.
И он на неё посмотрел, но – глазами печали.

Как тёмен был взгляд, горек чай, ночь, как сажа, черна.
Несладко пилось, зато пелось протяжно и сладко.
И пела, звенела, гудела, дрожала струна,
как мёд на губах, тихо таяла ночь без остатка.

И ночь просочилась меж пальцев и канула прочь.
В прихожей друзья обнимались, прощались, кричали…
И жизнь бесконечной казалась, как чёрная ночь.
И можно, казалось, прожить без любви и печали.