Елена Лепёшкина

Елена Лепёшкина

Лепешкина Елена Алексеевна родилась в 1954 году. Окончила Новосибирский электротехнический институт. Стихи начала писать в 2011 году. Публиковалась на сайте стихи.ру под псевдонимом Елианна Томилина.

 

Холодное солнце

Явилось мне утро оранжевым кленом,
Неслышно с ветвей осыпаются листья,
Ложатся ковром золотисто червонным
На иней газона, седой и искристый.

Вот воздух качнулся от стен колокольни,
Наполнив пространство серебряным звоном.
И листья, потоком влекомые вольным,
Вскружились над куполом медно-зеленым.

Как будто на нитях вращаются листья,
Мелькают, кружась, как в руках веретёнце.
Купаются ветви в потоке лучистом,
Но что ж ты такое холодное, солнце?


Полёт

Я так люблю аэропортов
Разноголосье…
И вот уже мой рейс
Пройти к посадке просят.

Трап, самолет,
Спокойный голос стюардессы,
И пассажиров толкотня
В проходе кресел.

Люблю, когда на взлетной полосе
Огромный борт своею массой
Придавит, как перед прыжком,
Упругость шасси,

И, как живого сердца, дрожь
Под фюзеляжем,
Разбег, толчок и на крыло
Стальная птица ляжет!

О! Как люблю я этот миг –
Момент отрыва!
Как от рутинной суеты –
Души порывы!

И вот уже меня несёт
В ночном потоке.
Проводит Запад,
А проснусь я на Востоке!

О, это чувство высоты!
Ты - гимн свободе!
И я – ничья – как свет звезды
На небосводе!

*****
Душе

Уймись, уймись, тебе я говорю,
Пока не сожжена живьем,
Не вороши, не трогай, не зови -
Над перепаханным жнивьем
Слетелись вороны - не журавли

Алкать твою вечернюю зарю
Готовые из обнаженных ран.
Уймись, уймись, тебе я говорю -
Слетелись вороны, не журавли
На твой уставший караван.

Вглядись, как в отражении твоем
Года серебряные косы заплели.
Уймись, тебе я говорю, уймись,
Над тлеющим твоим костром
Слетелись вороны - не журавли.

Навеки сердцу замолчать вели,
Простившись на четыре стороны.
Уймись, тебе я говорю, смирись -
Над головою, разрывая высь,
Не журавли кричали - вороны.
- - -

Летучий голландец
Красть свободы твоей - не хотела,
Лишь желала твоей любви…
Сердце рвалось, когда глядела,
Как сжигаешь ты корабли!

Моей пристани, как холеры,
Ты бежал, уничтожив трап.
Ну?! – поведай, какой галеры
Ты отныне преданный раб?

***


Я тонула, я летела
В эту бездну без надежд –
Холод сковывает тело,
Саван белый из одежд…

А когда иссякли силы
На стремнине в той реке,
Как же я тебя просила
О протянутой руке…

Я - со дна, содрав коленки –
Пропадаю ни за грош!…
А взойти на три ступеньки
Ты мне руку подаёшь…

***

Слово

Одно слово способно разрушить сознанье,
И оно словно молот, а виски – наковальня!

Я его не хочу, я его не желаю,
Притворюсь, что не слышу и не понимаю,

Но оно монотонно и неотвратимо
Не дает отклониться от навязчивой темы.

И сознанье взрывает словесная мука
Полифонией чувств, какофонией звуков.

И дойдя до пронзительной ноты предела,
Я боюсь, разорвёт мне и душу и тело!,

Ритмом бешенным, рваным, синкопою сжато,
Сердце бедное мечется, бьётся S t а c с а t o!

Душу рвет на аккорды - октавою - рана!
Я прошу – Mezzo Forte! Умоляю – P i a n o!


Зелье

Не смотри на меня укоризной
Цвета глаз страданья и боли -
Преломляя года, как сквозь призму,
Этот омут увлёк за собою

В те края, где, печали не зная,
Я в прозрачные росы вошла,
И по шёлковым травам ступая,
Это дивное зелье нашла…

То проклятое сладкое зелье,
Тот багряно-гранатовый цвет,
Той настойки горькой похмелье,
От которого спасу мне нет.

Ни медовым, ни яблочным спасом,
Ни колдуньи седой заговором
Не смирить непокорный мой разум,
Колдовским опоённый раствором.

Я - коней на рассвете купаю,
Я целуюсь с вишнёвыми ветвями,
И медовой росой умываю
Скул моих очертанья обветренные!

Сколь живу, столь люблю, но не каюсь
Пред богом молитвою позднею,
А тебе, по секрету, признаюсь -
Ворожила я майскими грозами...

И теперь, хоть русалкой, хоть ведьмою
Жечь меня на кострах призови -
Я другой себе доли не ведаю,
Мне и часа не жить без любви!


Волки

Мне стали сниться волки отчего-то:
Я укрощаю их бегущий вал,
Их злобных пастей хищную зевоту,
Оскал клыков, разящих наповал.

Ладони выпростав пред волчьей пастью,
Как будто защищаюсь от огня!
Кто в этой шкуре посылает мне напасти?
Кто здесь избавиться намерен от меня?
Я с волком говорю как с человеком -
Он будто понимает речь мою...
Как будто я - волчицею от века -
Пред вожаком отчаянным стою:
Сошлись два тёмных взгляда исподлобья…
Ноздрей дыханье, нервов напряженье...
И не известно, кто кому подобье,
И кто кому угроза или мщенье!
Но мы расходимся сегодня от барьера –
Договорившись, не изранив тел и платья...
Он - волк, я - женщина в обычном платье сером.
Так кто в обличье волчьем посылает мне проклятья?!

 

Лыжня

Я вышла рано. Лес был тих и сед !
И лыжники еще там не сновали,
Я там была одна. А впрочем, нет -
К чему скрывать - была я с вами…

Мне шорохом мерещился ваш стих …
И тихим ветром слышался ваш голос…
Под их простой торжественный мотив
Меня увлёк, скользя послушно, полоз.

Вот позади подлесок у крыльца,
И березняк, и синих елей гуща…
И радостно, что не было конца
У этой белой просеки зовущей!

Там с ветки вдруг срывался снежный ком,
Рассыпавшись, мне щеки остужал.
А полоз, зимней сказкою влеком,
Просился вдаль, лыжню не отпускал.

Но легкий ветер, мой лукавый друг,
Шептал: вернись, тебе едва ли хватит
Упрямства ног, решительности рук,
Отвыкших от заснеженных объятий...

 

Хризантемы

Несут меня промозглые вагоны
Через пределы меланхолии осенней,
А за окном заутренние звоны
Разносит по округе воскресенье.

Мелькают станции, поля и пущи,
Намокшие стволы, желтеющие кроны,
Неслышно отлетают, словно души,
Листы на почерневшие перроны.

Игре колоколов печально внемлю:
Прощай, беспечная подружка Лето…
Стекает небо медленно на землю,
Едва дождавшись серого рассвета.

Покой садами овладел пустыми,
И от дождя черны бревенчатые стены,
Лишь долго за оградами простыми
Свежо и дерзко пахнут хризантемы.


Мои Часы

Мои Часы! Ваш мерный ход неумолим,
Подруги стрелки - жрицы храма Времени!
Для них здесь перечень даров неисчислим
Годов моих необратимыми потерями:

Мои секунды гнева – молнии разряд,
Минуты - счастья мимолетного тепло,
Часы раздумий - горький бесконечный ряд…
Дни, месяцы, года – и время истекло.

Туда, где Космоса невидимая высь
Пронзила Купола прозрачное стекло,
Исполнила Творца затейливую Мысль,
И Слово в Свет и Время облекло.

Его ни за какие деньги не купить,
Как поцелуя, как любви, как красоты!
И в Жизнь, которая не терпит пустоты,
Вплетаю я свою серебряную нить…

Часы… Сияет хромом строгий циферблат,
Неведомо, какой теперь отмерен круг,
Мятежной, мне отныне и сам чёрт не брат,
А Время мне, отчаянной, теперь Сам-Друг…

Секунды ни одной не оброню! В песок
Не обратится жизнь бесценная моя,
Пока настойчиво пульсирует висок
Непостижимым ритмом Смысла Бытия!

***